Выборг. В веках застывшая память. В том числе и о славе русского оружия…

Выборг, похоже, единственный из городов, который пребывал в составе пяти государств (Шведского королевства, Российской империи, Финляндской республики, Советского Союза и Российской Федерации), и всякий раз он оставался приграничным, в каком бы отдалении от государственных границ ни находился. Не потому ли его называют «энциклопедией фортификации».

Знакомство с Выборгом – увлекательное путешествие и в мир военной истории. В чем могли убедиться участники двухдневного информационного тура «Северный редут», организованного «Информационно-туристским центром» Ленинградской области. Название тура, разумеется, условное, ибо редут – отдельно стоящее крепостное укрепление. Программа же, как всегда, насыщенная и разнообразная, включала в себя объекты как Выборга, так и Приозерска (крепость Корела), и не только. А в информационном, познавательном, плане – это был краткий курс истории России с древнейших времен и до наших дней, увлекательно поданный гидом Дмитрием Владимировичем Морозовым.

«Санкт-Питербурху конечное безопасение получено»

Итак, начало «осьмнадцатого века», Северная война… Выборг —  серьезной угроза для возводимого «во тьме лесов и топи блат» Петербурга. Первая, неудачная, попытка захвата Выборгской крепости была предпринята в 1706 году войском, под командованием самого Петра I. Спустя три года в результате разгрома шведов под Полтавой стало возможным перебросить главные силы русской армии на побережье Балтики и сосредоточить их против главных шведских морских опорных пунктов и крепостей — Выборга, Ревеля, Риги.

В марте 1710 г. осадный корпус под командованием генерал-адмирала Федора Апраксина совершил тяжёлый переход по льду Финского залива с острова Котлин под Выборг. Внезапность помогла захватить северо-западное предместье города и вплотную приблизиться к нему со стороны пролива и островного замка. Русские войска перерезали дороги, соединявшие Выборгскую крепость с внутренней Финляндией, чем лишили осаждённых возможности получать подкрепления.

К 9 мая русский флот в составе свыше 250 кораблей и судов разных типов был у Выборга. Шведы, подошедшие к крепости только к концу мая, не смогли помочь осаждённому гарнизону. 12 июня шведский гарнизон капитулировал. Пётр I придавал большое значение взятию Выборга — владение городом закрепило за российским государством выход к Балтийскому морю и «…чрез взятие сего города Санкт-Питербурху конечное безопасение получено» было.

Апраксин в честь победы устроил в русском лагере пир, на котором присутствовали Петр I и прибывший в Выборг князь Александр  Меншиков. Датский посланник Юст Юль описал, как русский царь со свитой поднимался на башню св. Олафа.«Орудия на этой [башне] расположены в пять ярусов друг над другом… Большое количество бутылок вина, водки и пива сопровождало [царя на башню]. На каждой из пяти (ярусных) площадок было выпито [их] по многу, но всего более на верхней, и большинство [компании] почти ничего не помнило». Документ сей со временем превратился в легенду. Несколько лет назад автору этих строк рассказал ее незнакомый выборжанин. Тогда она прозвучала так:

«…Петр в честь успешного завершения осады Выборга приказал на всех этажах башни Святого Олафа установить бочки с вином. Любой желающий посмотреть на город с высоты птичьего полета должен был в обязательном порядке «поэтажно» выпивать полную «петровскую» кружку. Говорят, наверх (самый верх башни был разрушен артиллерийским огнем) оказались в состоянии подняться только два человека: сам Петр и светлейший князь Александр Меншиков…».

В память о пребывании Петра I в Выборге улица, на которой победителям вручили ключи от города, до 1936 года называлась Царской, или Государевой – ныне она Выборгская. Государевым именовался до 1740-х годов и дом, в котором останавливался Петр I.

К западу от города, на развилке дорог и по сей день высится огромный гранитный валун – «Казак-камень». Согласно преданию, здесь донской казак спас Петра I от шведского ядра, загородив его своей грудью.

А вот совершенно невероятная история памятника Петру I в Петровском парке, установленного в 1910 году в ознаменование двухсотлетия взятия Выборга. Местом для установки монумента определили вершину скалы, с которой открывается обзор на Выборгский замок. На скале сохранились царский вензель и крест, выбитые, опять же по преданию, самим Петром. Скульптор Леопольд Бернштам изобразил царя, стоящим у пушки, в мундире полковника Преображенского полка.

В апреле 1918 года, после провозглашения независимости Финляндии, финские войска заняли Выборг. И сбросили статую с постамента. (Планировалось отправить памятник в Германию на металлолом, но по каким-то причинам это не состоялось.) Через девять лет на том же постаменте установили памятник Независимости Финляндии. По окончании советско-финляндской войны, когда Выборг стал советским, Петр вернулся на свое законное место. Вскоре началась Великая Отечественная. В Выборге вновь финны. В 1942-м они низвергли русского царя с пьедестала. При падении статуя получила сильные повреждения — отломилась голова. Говорят, что мэр города Арно Туурна использовал ее в качестве украшения своего письменного стола. Война закончилась победой Красной Армии, и с 1954 года Выборг вновь находится под пристальным взором «восставшего из пепла» императора Петра.

«Не инженер я, а полевой солдат!»

Теперь перебросим мостик в конец того же «осьмнадцатого» века и перескажем легенду (легенду ли?). По грязной весенней дороге в сторону Выборга медленно тащилась кибитка. Чуть впереди, по обочине, быстро шел старик с орденом Святой Анны на груди, шел и приговаривал: «…Работы много, надо спешить! Границы России должны быть крепкие везде – на юге и на севере…». Стариком этим был не кто иной, как генерал Александр Суворов. Недавно взявший неприступную турецкую крепость Измаил, 60-летний генерал по повелению императрицы, «матушки Екатерины», получил новое, не совсем обычное для него, назначение – инспекцию  оборонительных сооружений в Финляндии и — при необходимости – возведение новые укреплений на случай войны со Швецией.  «…Баталия покойнее, нежели лопатка извести и пирамида кирпичей, — говаривал Александр Васильевич. — Лучше б я грамоты не знал. Не инженер я, а полевой солдат!».

После штурма Измаила и вплоть до 1794 года все бурные события проходят без участия великого полководца. Усердно вникая в политическую жизнь Европы, Суворов мучился тем, что стал «захребетным инженером», стремился «в поле», но все его просьбы, даже «буйные требования», либо вовсе не удостаивались ответа, либо встречали твердый отказ.

Долгих полтора боевой генерал пребывал в должности «захребетного инженера». Однако, как человек ответственный, он лично руководил развернувшимся на большой территории строительством и неустанно заботился о поддержании боевой готовности вверенных ему пограничных войск и флота. По этому поводу он писал мужу своей племянницы Дмитрию Хвостову: «Государева служба мне здесь несказанно тяжела, но по святости усердия невероятно успешна…».

Талантливый человек, говорят, талантлив во всем. Полководец Александр Суворов продемонстрировал свои способности и как талантливый военный инженер и фортификатор. Кстати, строил он не только крепости, но и дороги, по одной из которых наш комфортабельный автобус направился в сторону Приозерска.

«Дабы людей даром не истратить»

Приозерск – Кексгольм — Корела… (Правильнее – наоборот.) Начало «осьмнадцатого века». Северная война. 22 июня 1710 года Петр I отдал генералу Роману (русифицированный вариант шотландского имени Роберт) Брюсу приказ выступать на Кексгольм, но «оную крепость утеснять только бомбардированием, а не формально атаковать, дабы людей даром не истратить». То есть не штурмовать, а блокировать со всех сторон и принудить гарнизон к сдаче силами артиллерии.

После взятия Выборга Кексгольм оказался отрезанным от основных путей, связывающих его с главными шведскими военными силами в Финляндии, и судьба города была фактически предрешена. Шведское командование в Кексгольме решило увеличить свои силы за счет крестьянства Кексгольмского уезда, комендант крепости полковник Шерншанц обратился с призывом к населению подняться с оружием в руках против русских войск и присоединиться к шведским регулярным частям, но призыв его, мягко говоря, не встретил поддержки…

Когда пушки были установлены на батареях, к шведскому коменданту был послан парламентер с предложением, сдать крепость. Комендант, еще надеявшийся на выручку войска из Финляндии, ответил отказом. Началась бомбардировка. Не выдержав сокрушительного огня, Шерншанц начал переговоры о сдаче. Условия капитуляции утверждал сам Петр I. Шведскому гарнизону предоставлялось право покинуть крепость без пушек, с одними только ружьями, и без знамен и музыки. Победители же в крепостные ворота входили с развернутыми знаменами. Кексгольм вновь стал русским городом. Победу над шведами, возвращение Карельского перешейка в состав России, ознаменовали артиллерийским салютом как в Кексгольме, так и в Петербурге, в Кронштадте на кораблях Балтийского флота.

Все тот же датский посланник Юст Юль писал в донесении своему правительству: «Царь стал господином всей Лифляндии, Эстляндии и Кексгольмского округа. Успех был беспримернее, что при взятии названных крепостей было расстреляно меньше пороху, чем в ознаменование радости по случаю этих побед».

Празднества продолжались почти неделю. Особенно роскошный пир задал Меншиков. После обеда устроили маскарад – ходили вокруг крепости процессией, царь Петр в форме полкового музыканта бил в барабан. При вхождении Петра I в крепость дорогу выстлали воинскими доспехами поверженного врага. «…Чего хорошее железо понапрасну гробить… Вон ворота хотя бы для прочности обейте, — бросил она на ходу. Так и сделали. Ворота эти, одну их створку (вторая утрачена), — символ победы над шведами – и сегодня можно видеть в Круглой башне крепости.

С занятием Кексгольма безопасность Петербурга с севера была полностью обеспечена. Город еще столетие сохранял военно-стратегическое приграничное значение. И вновь гид наш Дмитрий Владимирович перекидывает мостик от Петра к Суворову. Александр Васильевич инспектировал и Кексгольм. (Здание арсенала, где располагается основная экспозиция крепости-музея Корела, и по сей день именуется Суворовским).

 Примечательно, что крепость Корела основана в ХIII веке, Круглая башня построена в 1585 году, а на башенном флюгере указана дата – 1795.  Это, оказывается, год приезда в  Кексгольм Александра Суворова. По предложению Суворова вдоль границы была создана новая укрепленная линия, образовавшая три пояса обороны на дальних подступах к российской столице. Этот проект, получивший название «Суворовская линия», по масштабам стал самым крупным в истории Финляндии вплоть до 1940 года.

          «Северный редут» — тур, который, конечно же, петербуржцам лучше совершать в два приема: Выборг – отдельно, Приозерск – отдельно, но можно уместить его и в два выходных дня. Если заночевать на маршруте. А такая возможность есть, причем, возможны варианты – в зависимости от пожеланий и финансовых возможностей.

         Нами были «проинспектированы» несколько объектов: эко-хутор «Аккала» (вблизи поселка Пионерское), база отдыха «Окуневая», спа-курорт «Аврора клуб» (вблизи поселка Поляны), база отдыха «Горки» (поселок Коробицыно), загородный клуб «Давинчи Парк» (деревня Борисово). О каждом можно сказать доброе слово. В каждом можно при желании «зависнуть» и на более длительный срок…

Владимир Желтов, фото автора, часть снимков любезно предоставила Марина БЕЛКИНА-ПИТЕРСКАЯ